starover

Боец последней сотни


Previous Entry Share Next Entry
Откуда у хлопца тевтонская грусть?...
starover


Протоиерей Георгий Бирюков, Русская народная линия

Вспоминая Колю из Уренгоя …

Я не советую возмущаться самим фактом наличия на территории России ухоженных захоронений воинов Вермахта. Они вполне соответствуют православному мировоззрению и русским традициям. В Москве, на Введенском кладбище, можно созерцать памятник, установленный на братской могиле французов, погибших в захваченной ими Москве в 1812 году. Установили его в 1889 году. Участок земли, на котором находится могила погибших завоевателей, подарен Французской республике. Рядом с Севастополем можно найти мемориальный комплекс на месте захоронения английских генералов Каткарта, Гольди, Торреса, Кембелла, Странгвейса и других, погибших в Крымскую войну при осаде города русской славы. В том же Севастополе по результатам Крымской войны образовалось Итальянское кладбище, на котором погребли несколько тысяч умерших от болезней воинов из Сардинского королевства. На средства итальянского правительства была построена часовня. Российские власти разрешили. Достойное погребение павших врагов всегда считалось естественным проявлением воинской части.

Для тех, кто глух к подобным аргументам, напомню о существовании межправительственного соглашения между Россией и Германией об уходе за военными могилами в Российской Федерации и в Федеративной Республике Германии от 16 декабря 1992 года. Желающие могут найти в Интернете полные текст этого соглашения и ознакомиться с ним. Я приведу только выдержку из 3-й статьи:

«...2. Правительство Федеративной Республики Германии вправе за свой счет осуществлять обустройство и уход за немецкими военными могилами и немецкими военными захоронениями в Российской Федерации.

3. Федеративная Республика Германия обеспечивает за свой счет сохранение российских военных могил и уход за ними на территории Федеративной Республики Германии...»

Заключенные международные соглашения надо выполнять, тем более, что для России данное соглашение гарантирует сохранение в Германии могил красноармейцев, погибших в Великую Отечественную войну и даже уход за ними за счет Германии. Ради этого кое-кому придётся потерпеть ухоженные могилы воинов Вермахта в России. Не хотите ведь, чтобы в Германии к могилам красноармейцев относились так же, как относятся в Польше?

С фондом Фридриха Эберта, оплатившего, якобы, поездку уренгойских школьников в Германию, я не знаком. Зато Народный союз Германии по уходу за воинскими захоронениями мне немного известен. Деятельность этой организации внушает определенное уважение. Народный союз Германии по уходу за воинскими захоронениями разыскивает могилы германских солдат по всему миру, восстанавливает их и организовывает постоянный уход. Правда, лично я сотрудничал с членами этой организации только в вопросе восстановления могил погибших в Первую мировую войну на территории Восточной Пруссии. Народный союз Германии действует под лозунгом «Работа во имя мира!» В Калининградской области им были восстановлены не только захоронения германских воинов, но и находящиеся рядом могилы воинов Русской императорской армии. Повторю: деятельность этой организации внушает уважение. Мне жаль, что в России нет подобного Народного союза. Немцы о своих погибших соотечественниках заботятся, старательно ищут их могилы по всему миру и восстанавливают. А у нас? Да, конечно, есть отдельные энтузиасты и даже добровольческие поисковые организации. Но, и масштаб не тот, и отношение не то.

Вернёмся, однако, к Коле из Уренгоя. Всё не так плохо. Всё - гораздо хуже! О «невинно убиенных» воинах Запада я уже читал в одном знаковом историческом источнике, повествующем о завоевании Пруссии Тевтонским орденом. Петр из Дусбурга, брат-священник военно-монашеского Тевтонского ордена, написал «Хронику земли Прусской» в 1326 году на латыни. Латинское духовенство и западные богословы с содержанием «Хроники» были знакомы, и оно, это содержание, всегда находило у них полное одобрение. Довольно быстро «Хроника земли Прусской» была переведена на немецкий язык и нашла благодарных читателей в образованных немцах. А вот русский перевод был опубликован только в 1997 году издательством «Ладомир». Возможно, по этой причине текст «Хроники земли Прусской» известен в России только немногим. Цитирую короткий отрывок этой хроники:

«По повелению же магистра несколько братьев и оруженосцев на вышеупомянутых кораблях переплыли Свежее море, чтобы посмотреть, где можно возвести замок против упомянутых пруссов. Когда они подплыли к Вармийской земле, то сошли на берег и близ того места, где ныне стоит замок Балга, увидели какой-то замок пруссов, на который, однако, не решились напасть из-за своей малочисленности. Но чтобы не возвращаться ни с чем, они напали на близлежащие деревни, опустошая их огнем и мечом. Увидев это, пруссы напали на них и убили всех братьев и оруженосцев, кроме тех, которые были оставлены для охраны кораблей. Они, видя гибель своих людей, быстро ушли и донесли магистру о случившемся.

Услышав это от скорбного посольства, магистр невероятно взволновался, но, взяв себе в пример Давида, который полководцу своему Иоаву, не менее скорбящему о смерти своих людей, как бы ободряя, сказал: «Пусть не смущает тебя это дело; различен исход сражения, ибо меч поядает иногда того, иногда сего. Ободри воинов твоих и призови их, чтобы они убивали нападающих на царство». Наконец, успокоившись, он послал огромное войско по морю, чтобы отомстить за НЕВИННО УБИЕННЫХ».

Таким образом, в глазах автора хроники (и, естественно, в глазах читателей) НЕВИННО УБИЕННЫМИ являются отнюдь не мирные жители прусских селений, погибшие от рук монахов-рыцарей Тевтонского ордена. НЕВИННО УБИЕННЫМИ оказываются братья и оруженосцы Тевтонского ордена, приплывшие в чужую страну, напавшие на мирные селения аборигенов и опустошившие их огнем и мечом. По мысли автора хроники, пруссы вообще не имели права защищаться. Язычники (затем к ним присоединили православных Руси и даже католиков Польши и Литвы) в глазах монахов-рыцарей Тевтонского ордена были не совсем людьми. Они были слугами сатаны, которых нужно было или заставить признать абсолютную власть Тевтонского ордена, или же истребить их огнем и мечом. Выражение «Огнем и мечом» встречается в хронике часто. Опустошение огнем и мечом мирных селений пруссов по убеждению автора хроники является добродетелью. Убийство язычников (а затем и православных) является выполнением воли Божией. Напротив, вооруженная защита аборигенов по мысли автора хроники является наглым сопротивлением воли Божией. Это сопротивление, естественно, понимается абсолютно несправедливым! Аборигены виновны именно в том, что сопротивляются завоеванию, сопротивляются уничтожению. Отсюда и определение «НЕВИННО УБИЕННЫЕ» в отношение тевтонских рыцарей, погибших в процессе истреблении язычников огнем и мечом.

Пруссы и славяне, язычники и православные, имели другие взгляды на жизнь. Становиться рабами они не хотели. Наблюдать безучастно опустошение своих селений огнем и мечом они не хотели. Они сопротивлялись незваным пришельцам. Поэтому число «НЕВИННО УБИЕННЫХ» множилось. Его пополнили псы-рыцари, павшие в Ледовом побоище и на поле Грюнвальда, в десятках войн и в сотнях битв. Процесс Drang nach Osten затянулся на века. Покорить славян и пруссов исключительно военной силой оказалось невозможно. Пришлось к военным методам подключить экономические, политические, религиозные... Знать славянских народов и пруссов подкупалась, привлекалась различными льготами на службу завоевателям. Но, периодически эти вроде бы уже купленные славянские князья приходили в себя и восставали, чем разрушали планы завоевателей. Более эффективным показал себя метод воспитания детей славянской знати, взятых в заложники. Воспитанные при дворах германских графов, курфюрстов, королей, а также в латинских монастырях дети славянских князей и бояр онемечивались, а затем возвращались на родину. Там они становились проводниками политики насаждения западной цивилизации, то есть процесса Drang nach Osten.

В XX веке Германия вместе с Австрией развязали две мировые войны, важнейшими частями которых было продолжение «Натиска на Восток», продолжение захвата славянских земель. Австрия напала на Сербию в 1914 году, а не наоборот. Германия объявила войну России в 1914 году, а не наоборот. Германия напала на Польшу в 1939 году и на Советский Союз в 1941 году, а не наоборот. Бойцы Вермахта погибали на бескрайних просторах России точно так же, как в свое время гибли монахи-рыцари Тевтонского ордена в прусских лесах и на льду Чудского озера. Человек, разделяющий убеждения автора «Хроники земли Прусской», разделяющий идею Drang nach Osten, может вполне искренне считать воинов Вермахта, погибших в войне против СССР, «НЕВИННО УБИЕННЫМИ». Но каким образом эти слова оказались в выступлении мальчика Коли? Сразу вспоминаются дети средневековой славянской знати, взятые в заложники и воспитанные в германских монастырях и при дворах германских графов. Но Коля-то не в раннем средневековье живет. И заложником при дворе немецкого феодала он не является. Коля наш современник. Учится Коля в России, в элитной гимназии Нового Уренгоя, над которой шефствует отнюдь не Тевтонский орден, а «Газпром добыча Ямбург». Почему же он заговорил словами автора «Хроники земли Прусской» Петра из Дусбурга? Кто научил Колю тевтонской терминологии? Откуда у хлопца тевтонская грусть? Ответь, Уренгой, Нижневартовск, ответь: давно ль по-тевтонски вы начали петь?..

Волшебное слово «Газпром» направляет мысли в иную сторону. «Газпром добыча Ямбург» шефствует над гимназией Нового Уренгоя. В далёком уже 1970 году был подписан контракт века «Газ в обмен на трубы». В 1978 году вступил в эксплуатацию газопровод Уренгой-Торжок-Минск-Ужгород, по которому газ из Западной Сибири устремился в Западную Европу. С тех пор Европа отапливается российским газом. Построены и строятся новые газопроводы. «Северный поток» проложили по дну Балтийского моря мимо Калининградской области. Строится «Северный поток-2». Российским газом живут Австрия, Польша, Венгрия, Италия и т.д. и т.п. В столице Калининградской области газ вроде бы тоже есть. А вот в другие города его до сих пор не провели. В Черняховск (второй по величине город области) нитку газопровода дотянули в середине прошлого года. Но реально природный газ появился только на двух улицах. В Нестеров нитку газопровода также дотянули в середине прошлого года и торжественно об этом объявили перед очередными выборами. Но природный газ подключили только к двухэтажному дому на окраине и к паре особняков. Всё! Процесс на этом остановился. Подавляющая часть населения города продолжает отапливать свои жилища углем и дровами. Свою церковь также отапливаю углем. Сдается, что до появления газового отопления уже не доживу. Зато вся Европа уже сорок лет пользуется российским газом.

По поводу угля... Осенью угля для населения в Калининградской области не оказалось. Заместитель председателя правительства - министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Калининградской области Максим Федосеев на официальном портале правительства утешил народ: «К сожалению, ситуация с обеспечением углём вышла форс-мажорная, причем не только у нас, но и во многих регионах Российской Федерации... Значительно увеличился экспортный поток угля, в первую очередь в Китай. Парк вагонов не справляется с этой проблемой. Кроме того, экспортные поставки поставщикам выгоднее. Всё это спровоцировало рост цены на этапе добычи ископаемого и его нехватку на внутреннем рынке»[i].

Живу я рядом с железной дорогой и на протяжении всего 2017 года наблюдаю нескончаемый поток эшелонов с углём, идущий на запад. Китай, очевидно, здесь ни при чем. А кто, если не Китай? Ответ дали поляки, сообщив в своих СМИ о рекордном количестве российского угля, ввезенного в 2017 году через пограничный переход Бранево: аж 2 750 000 тонн. Польское воеводство Вармия и Мазуры было завалено российским углём. Цены на уголь в Польше несколько снизились. В Калининградской области угля нет, и цены на него повысились. Заместитель председателя регионального правительства Максим Федосеев продолжает говорить в интервью про Китай и нехватку вагонов, но вагоны продолжают идти через Калининградскую область в Польшу. Да, экспортные поставки для российских капиталистов выгоднее. Но правительство (если оно, конечно, служит своей стране) в подобных случаях может использовать действенные механизмы повышения вывозных таможенных пошлин при экспорте товаров. Эти механизмы действуют элементарно: вывозные пошлины повысились - и российскому капиталисту стало выгодно продать уголь внутри своей страны!

Сейчас же у отечественных капиталистов наблюдается стремление продать всё, что можно. В Калининградской области добывается нефть. «Лукойл» всю её отправляет на экспорт. Тридцать лет назад поднимался вопрос о строительстве в области нефтеперегонного завода. Не стали строить. Аргумент один: нефть, добытую в области, разрешили продавать за границу. Поэтому бензин и солярку завозят с «большой России». Стоимость топлива на заправках, естественно, несколько больше, чем в Твери или в Смоленске.

Электроэнергию, производимую в области, продают за границу. При губернаторе Георгие Боосе хотели даже атомную электростанцию построить специально для производства электроэнергии на экспорт, да что-то не просчитали. Что? В 2018 году страны Прибалтики выходят из российской энергосистемы. После этого треть производимой в Калининградской области электроэнергии становится лишней! Если бы достроили атомную станцию, то производимую ей электроэнергию некуда было бы девать.

В сельское хозяйство области вложены большие бюджетные средства. Выращенный рапс экспортируется в Германию, Нидерланды, Великобританию. На рапс действительно были повышены вывозные пошлины. После этого на экспорт пошло рапсовое масло. В одну Норвегию за последние пять лет рапсового масла вывезли из Калининградской области на полмиллиарда долларов. Экспортируется зерно, лесоматериалы, торф, янтарь и т.д. и т.п.

Таким образом, «НЕВИННО УБИЕННЫЕ» солдаты Вермахта погибли не совсем напрасно. Россия стала-таки сырьевым придатком Европы, сырьевым придатком Германии. Правда, за ресурсы пока приходится платить, но уже не государству Российскому, а частным собственникам, многие из которых сами не прочь перебраться на ПМЖ в Европу и уже скупают там недвижимость. Кто-то уже купил, кто-то собирается, кто-то мечтает, кто-то завидует... В такой среде рассуждения о «НЕВИННО УБИЕННЫХ» бойцах Вермахта представляются вполне естественными.

Напоследок... Можно, конечно, сказать, что гимназия в Новом Уренгое замечательная, учителя в ней продвинутые, ученики талантливые и участвуют в замечательных проектах. Нашли они и время, и средства посетить кладбище солдат Вермахта, погибших в «так называемом» Сталинградском котле или в лагере военнопленных. Зрелище их впечатлило, и они очень сожалеют о «НЕВИННО УБИЕННЫХ». А почему бы им не вспомнить о красноармейцах, попавших в плен в первые дни и недели войны? Не о тех красноармейцах, которые победили врага под Сталинградом, переломили хребет Вермахту на Курской дуге, на четвертый год войны дошли до границы страны-агрессора и вступили на территорию Германии. А о тех красноармейцах, на которых в июне 1941 года обрушился внезапный удар врага, о тех, кто попал в плен, ещё не успев начать воевать по-настоящему. Сотни тысяч, если не миллионы таких военнопленных были помещены на огороженные колючей проволокой поля и заморены немцами голодом, убиты морозом лютой зимы 1941/1942 года.

Рядом с Нестеровым (тогда этот город назывался Эбенроде) в июне 1941 года был создан лагерь «Офлаг-52». Я неоднократно писал о нем, например, в статье «Как в Калининграде память нацистов увековечивают».[ii] Напомню свидетельства очевидцев об этом лагере.

Бохна Михайло Семёнович, проживающий в Тернопольской области Украины, 25.11.2005 направил германской организации «Контакты» письмо со своими воспоминаниями о пребывании в лагере Эбенроде в 1941 году. В частности, он написал: «Уважаемые доктор Готтфрид Эберле, Эберхард Радзувайт и все члены вашего общества! С уважением и большой благодарностью обращается к Вам бывший военнопленный Бохна Михаил Семёнович. Ваше письмо и гуманитарная помощь очень обрадовали меня на склоне лет. Я всю свою жизнь прожил и некому было дела к моей непростой судьбе. Много раз я вспоминал весь ад прожитых лет. Спасибо Вам, что занялись очень полезным делом- поддержкой бывших военнопленных, людей, которые стали заложниками злой судьбы. <...> ...а потом посадили в товарняк и повезли в Восточную Пруссию, местность Эбенродэ. Здесь нас ждал лагерь! Большая ровная площадь ограждена высокими столбами трехметровой высоты с колючей проволокой. Посредине - дорога, а по обе стороны от неё - клетки. Так нас в клетках и разместили, водили на работу нас тоже клетками. Охрана была большая - отсюда уже не убежать. Кормили нас очень плохо. На обед давали капусту, приготовленную вместе со всякими насекомыми. А вечером - одну буханку хлеба на пятерых. Давали крайнему в строю, а он должен был разделить между всеми пятью. Не всегда получалось съесть этот хлеб... Все были молоды: очень хотелось кушать, люди пухли с голоду, умирали. Спали мы как скотина-под голым небом на сырой мокрой земле. Каждую ночь вывозили 600-700 мёртвых, а вечером завозили новых пленных. Когда умирал белый человек, то чёрные могли его съесть, если бы свои не дежурили. Было очень тяжело всё выдержать. Это был ад на Земле. У меня был один знакомый, который знал немецкий язык и работал переводчиком. Он иногда говорил со мной, и я учился от него новым словам. Местность, где был лагерь, находилась близко от моря. Здесь часто шли дожди. Мы - худоба сбивались в кучи и так по 100 чел., прижавшись один к другому, стояли и мокли. После дождя мы ложились в образовавшиеся лужи, пили из них воду. Когда утром надо было вставать на работу, мы сначала закрывали глаза и садились, потом открывали глаза и ждали, когда перестанет кружиться голова, а потом уже поднимались на ноги. Я до сих пор не могу спокойно рассказывать об этом - слёзы сами катятся по щекам. Мне тогда было 22 года, так хотелось жить, а смерть каждую секунду поджидала меня. Если бы не случай, что помог мне выбраться из этого лагеря, меня уже давно не было бы в живых ... Я в числе других 600 счастливчиков был перевезён из этого лагеря в другой. В первом лагере я пробыл 3 месяца. Мой номер был 8618. В новом лагере было значительно лучше...»[iii]

В материале про узника концлагеря «Офлаг-52 - Эбенроде» Анисимова Никиту Фёдоровича сообщается: «...33-я Армия. 17-я стрелковая дивизия народного ополчения Москворецкого района Москвы. 980 арт. полк. Дивизия народного ополчения Москворецкого района на момент сентября 1941 года была дислоцирована южнее Варшавского шоссе под Спас-Деменском. 26 сентября дивизия и ее полки были переформированы по штатам регулярных войск Красной Армии. А уже 30 сентября с ним была потеряна связь и 5 октября в условиях рано наступившей зимы, немецкого наступления и полной неразберихи Анисимов был взят в плен под Спас-Деменском, где наши войска и госпитали были окружены немцами. «Первый лагерь, в который его заключили, назывался Эбенроде, в Восточной Пруссии. Свидетельство очевидца «... огромная огороженная территория и полное отсутствие каких бы то ни было жилищ. Стоял октябрь, а у нас не было ни сапог, ни шинелей, ни шапок. Мы устраивали себе жилища, кто как мог - чаще всего выкапывали ямы в песке и покрывали их корнями деревьев, попадавшимися при копке. По утрам палками и плетками выгоняли нас немцы на поверку. Ночи становились все холоднее. Не выдержав голода и холода, многие военнопленные умирали. Наконец немцы решили построить для нас землянки. Наши новые жилища - бараки строились так: выкапывались ямы длиной метров 100 и шириной метров 8, сверху ямы покрывались цельными хвойными деревцами: стволами вместе с ветками. Деревья мы таскали из леса, находившегося за территорией лагеря. Под усиленным конвоем на рубку леса ежедневно водили человек по 80, по 100». Далее последовал перевод в шталаг III B, Фюрстенберг, где он умер 14 декабря 1941 года».[iv]

«Важным фактором высокой смертности советских военнопленных были условия их содержания. По задумке ОКВ и ОКХ большая часть советских военнопленных должна была содержаться в прифронтовой зоне (привлекаемые к работам), рейхскомиссариатах , генерал-губернаторстве и Восточной Пруссии (нетрудоспособные и не привлекаемые к работам)... Но в любом случае возведение лагерных сооружений возлагалось на самих пленных. Как и в случае с питанием, повсеместно были разосланы инструкции "при постройке жилых помещений ограничиваться минимальными ресурсами". На местах командование часто не предоставляло пленным даже возможности постройки каких-то убежищ, а иногда, руководствуясь аксиомой нацистской пропаганды что "русский недочеловек может выжить в самых примитивных условиях", даже запрещало постройку каких-либо сооружений. Так, советские военнопленные, которых представители ведомства Розенберга посетили в начале июля 1941 года в стационарном лагере II В Хаммерштейн размещались под открытым небом прямо на земле. В 52-м (Эбенроде) и 53-м (Погеген) офлагах (офицерский лагерь) на территории Восточной Пруссии "пленные поначалу вынуждены были ночевать в вырытых ими ямах. Вскоре, однако, их разместили в самодельных, вырытых глубоко в земле и утепленных травой бараках. Нары состояли в них из уложенных в два ряда досок и были устланы сеном».[v]

Свидетельство обер-ефрейтора 336-го пехотного полка 161-й пехотной дивизии Франца Вескалниса, Эбенроде, Восточная Пруссия: «Рядом с моим родным городом Эбенроде в Восточной Пруссии, в деревне Петрикачен, находился лагерь военнопленных. В декабре 1941 года прибыл эшелон с несколькими сотнями пленных красноармейцев. Они перевозились при 18 градусах мороза в открытых вагонах. Сцепщик Вильгельм Савицки из Эбенроде рассказал мне об этом следующие подробности, очевидцем которых он был лично. Вагоны были настолько переполнены, что пленные не могли лежать. Они рассказывали, что их не кормили 6 дней. Они были настолько голодны и испытывали жажду, что во время разгрузки все они ели снег и вагонную смазку с колес вагонов. Когда двери вагонов открывались, оттуда выпадали кучи испражнений. В каждом вагоне находились трупы красноармейцев, умерших во время транспортировки. Для вывоза трупов понадобилось несколько грузовиков. В лагере не было никаких строений, и пленные были вынуждены копать ямы для того, чтобы хоть как-то укрыться от ледяного ветра. Из 25 000 пленных подавляющее большинство умерло от голода и тифа, осталось в живых лишь 1000 человек...»[vi]

Увы, в отличие от кладбища погибших бойцов Вермахта вблизи города Копейска захоронение десятков тысяч военнопленных красноармейцев вблизи Нестерова не обустроено от слова «совсем». Местные жители ещё могут рассказать о буграх земли с человеческими костями, но никаких памятников, никаких монументов, никаких признаков увековечения памяти погибших в «Офлаге-52» нет. Продвинутая гимназия из Нового Уренгоя почему-то не участвует в проектах, посвященных судьбе военнопленных красноармейцев. Коля из Уренгоя почему-то не ищет в библиотеках источники, рассказывающие о судьбе русских солдат в плену. Ничто не подтолкнуло его к посещению места бывшего лагеря военнопленных «Офлаг-52», ничто не огорчило его чрезвычайно при виде отсутствия у погибших в «Офлаг-52» красноармейцев даже обустроенных могил. И не убитых в «Офлаг-52» голодом и холодом красноармейцев он назвал «невинно погибшими людьми, среди которых многие хотели мирно жить и не желали воевать».

Вот так... Тем временем уголь продолжает ехать в Польшу, газ течет в Германию, нефть - в Нидерланды...

Протоиерей Георгий Бирюков, настоятель храма Святого Духа г.Нестеров Калининградской области

[i] Максим Федосеев: Ситуация с наличием угля изменилась в лучшую сторону

[ii] Как в Калининграде память нацистов увековечивают

[iii] Избранные письма бывших советских военнопленных в адрес общества «Контакты»

[iv] Анисимов Никита Федорович

[v] НЕМЕЦКИЙ ПЛЕН. Часть 5: содержание

[vi] "Stets zu erschießen sind Frauen, die in der Roten Armee dienen." Geständnisse deutscher Kriegsgefangener über ihren Einsatz an der Ostfront. Hamburger Edition, 1997, S. 45.


?

Log in

No account? Create an account